Отговорила роща золотаяМокшанский язык

Азсь зрнянь келу порась, мезе ёрась.
Сонь келунь весял кяленц кельгсаськ минь.
А каркне лиихть, ризфу мора морайхть,
Но аф ужяльдихть киньге колга синь.

Ужяльдемс кинь? Вдь мирса якайсь-шяяйсь —
Лтай, сувай, кудть кадсы апак пельхть.
Туйть колга каньф вастсь арьси, онца няи,
И кели ковсь ванфнесы валда-сенем эрьхкть.

Мон ащан ськамон шава вастть кучкаса,
А каркнень вармась канды, коза кельгсь.
И шары весяла одксшизе прясон,
Но мезське ётаф пингста аф ужяль.

Тейнь аф ужяль туф пингозе, хуш сялдса,
Тейнь аф ужяль и ваймонь сенем валдсь,
Юрнай толмароц якстерь пизелксть садса,
Но киньге ни аф эждьсы ся толмарсь.

Аф палыхть пизел кярьмасне нюряйхне,
Аф юмай тишесь, кельмоса плхтафсь,
Кодане шуфтсь сетьмоста лопат прафни,
Тяфтане монга прафнян ризфу валхт.

И кда пингсь синь, вармать кядьса ёрязь,
Фкя покольс кочкасыне сембонь марс...
Тинь азость... зрнянь келу порась моразь
Пяк мазы кяльса семботь колга азсь.

Отговорила роща золотая
Берёзовым, весёлым языком,
И журавли, печально пролетая,
Уж не жалеют больше ни о ком.

Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник —
Пройдёт, зайдёт и вновь оставит дом.
О всех ушедших грезит конопляник
С широким месяцем над голубым прудом.

Стою один среди равнины голой,
А журавлей относит ветер в даль,
Я полон дум о юности весёлой,
Но ничего в прошедшем мне не жаль.

Не жаль мне лет, растраченных напрасно,
Не жаль души сиреневую цветь.
В саду горит костёр рябины красной,
Но никого не может он согреть.

Не обгорят рябиновые кисти,
От желтизны не пропадёт трава,
Как дерево роняет тихо листья,
Так я роняю грустные слова.

И если время, ветром разметая,
Сгребёт их все в один ненужный ком…
Скажите так… что роща золотая
Отговорила милым языком.